Кто в доме хозяин?

Кто в доме хозяин?

Кто в доме хозяин? «Все счастливые семьи счастливы одинаково», — сказал великий писатель и как припечатал. Литература отвернулась от счастливой семьи: семейное счастье отпугивает писателей своим однообразием. И действительно, магия счастливой семейной жизни — в ее внешней простоте.

Счастье не спрячешь. Достаточно бросить взгляд на семейный портрет, чтобы выстроить некую схему отношений. Вот тот, кто задает тон, и вот явные признаки семейного счастья — согласие, принятое всеми распределение ролей, готовность к добровольному подчинению. А если этого нет, революционная ситуация неизбежна. А от революции, учит история, страдают и угнетатели, и угнетенные. Какое уж тут семейное счастье…

Уже в первые минуты знакомства двое пытаются решать вопрос о власти. Такова природа отношений двоих — и не только людей. Почему из одновременно вылупившихся цыплят первым клюет не цыпленок А, а цыпленок В, всю жизнь сохраняющий самоуверенность?

Множество страниц написано о принципах лидерства, психологи давно оценили значение сознательного и неосознанного стремления к первенству, но до сих пор ученые ломают голову над феноменом власти. Одно несомненно: в любой группе, а тем более в семье, всегда есть тот, кто принимает решение, тот, кто подчиняет, и тот, кто подчиняется.

Кто же этот семейный демиург, или, говоря современным языком, лидер?

Зависит ли лидерство от пола? От тяжести кошелька? От физической силы? Жизнь преподносит нам ошеломляющие примеры того, как вопрос о семейной власти решается даже не на уровне мужа и жены.

Вот вернувшегося с фронта Иванова, героя платоновского рассказа «Возвращение», неласково встречает двенадцатилетний сын Петруша, который чувствует себя на месте в роли главы семьи в отсутствие отца. Подросток тощ, слаб и мал, но его беспрекословно слушаются мать и сестра.
«Большую волю ты дома взял. Да теперь уж все равно, живи здесь как хозяин», — говорит сыну отец и оставляет семью.

Читать далее
Какая мужская обувь отлично смотрится даже в плохую погоду?

Даже в патриархальной семье, стоящей на страже мужского лидерства, обнаруживались жены-путчистки, восстававшие против мужа-кормильца. С чего бы, спрашивается, князю Владимиру Мономаху (XI в.) было давать такой совет мужьям: «Жену свою любите, но не дайте ей над собой власти», если мужья действительно главенствовали в большинстве семей? Наконец, подтверждение тому, что мужья не всегда владели семейной ситуацией, мы находим в судебных архивах.

Так, в трех из десяти дел, рассмотренных, к примеру, в Хорошевском волостном правлении Костромской губернии в 1861 году, мужья прибегали к помощи властей, чтобы «поставить на место» супругу, которая «делала неповиновения и не слушалась».

Какими же свойствами должен обладать глава семьи? «Лидер — тот, кто определяет направление, скорость и время передвижения», — утверждает зоопсихолог Дональд Дьюсбери, автор книги «Поведение животных». Применительно к человеческим отношениям идеальный семейный руководитель — это тот, кто берет на себя всю полноту ответственности, определяя семейную жизнь в ее ключевые моменты.

К сожалению, в человеческом стаде, в отличие от звериного, все поставлено с ног на голову. Это звери разбегаются в отсутствие вожака, а семейная жизнь проистекает и в присутствии и в отсутствие последнего. Разум, воля и физическая сила не всегда служат обоснованием лидерства.

Право принимать и осуществлять решения часто приходится доказывать в изнурительной повседневной борьбе. Даже роль единственного кормильца не обеспечивает командного поста. И все-таки явное мужское лидерство — самая распространенная форма семейной иерархии.

Абсолютное и жесткое мужское лидерство в семье часто называется «деспотизмом» и даже ассоциируется со злодейством. Сразу же приходят на ум леденящие душу истории о знаменитых истребителях жен — Синей Бороде, Иване Грозном. В менее кровожадные буржуазные времена замашки семейного деспота олицетворяет богач Сомс Форсайт, злой гений семейной хроники Голсуорси, со вкусом тиранящий кроткую Ирэн, красавицу и бесприданницу. Обратите внимание, примеры безусловного мужского злодейства поставляет нам либо легендарная старина, либо художественная литература. Жизнь же с трудом выдерживает чистоту стиля.

Читать далее
Чистим, стираем, храним: как ухаживать за пуховиком

Строгий муж на деле редко властвует единолично и еще реже выглядит отпетым злодеем. И даже послушная мусульманская жена, добровольно склонившаяся перед мужем, который честно несет все бремя семейной ответственности, умеет подобраться к рычагам власти. Нет, мужу, как бы властолюбив и совершенен он ни был, вряд ли стоит пытаться вовсе подавить жену. Неблагодарная это работа.

«Иногда мне ужасно хочется высвободиться из-под его влияния, немного тяжелого, не заботиться о нем, да не могу. Оттого оно тяжело, что я думаю его мыслями, смотрю его взглядами, напрягаюсь, им не сделаюсь, себя потеряю». А ведь поводом для этих переживаний был Лев Толстой. Что же нужно было этой счастливейшей из жен, почти боготворившей гениального мужа?

«У меня был порою страстный любовник или строгий судья в лице моего мужа, но у меня никогда не было друга», — признавалась Софья Андреевна Толстая в своем дневнике.
Несмотря на гениальность, волю и ясное понимание того, как следует строить семейную жизнь, великий писатель не сумел заставить свою любящую жену отказаться от собственной воли и раствориться в семейной гармонии определенным предложенным им способом. На что же надеяться другим мужьям, простым смертным?

Кроме того, подавление неизменно сопряжено с бунтом. А бунт никому не нужен.
Нет, абсолютная монархия, пожалуй, наименее удачная форма семейного правления, и необходимость демократических реформ, как правило, ни у кого из супругов не вызывает сомнений. Введение института демократии, будь то семья или государство, подразумевает делегирование лидером власти вместе с ответственностью своему окружению, в семейном случае — чадам и домочадцам.

С этой процедурой, помнится, блестяще справился не наученный и азам демократии комендант из «Капитанской дочки», позволявший жене командовать крепостью (в мирное время). Но в трудную минуту доблестный старик спокойно принял на себя все страшные и роковые испытания.

Читать далее
Джинсы-скинни: учимся подбирать и сочетать

Однако уступчивость и чуткость — увы! — не всегда характерны для лидера. Зато подавлять для лидера так же естественно, как дышать, и требование семейной демократии для него почти требование высечь себя самого. И все же в деле установления семейной демократии без распределения ролей не обойтись.

Оцените статью
Кто в доме хозяин?
Почему человек хочет контролировать свой сон